Do not be evil

:

Сегодня довольно непростой, но, очевидно, знаменательный день. Сегодня Яндексу пришлось пойти на шаг, который, как мне всегда хотелось верить, никогда не придётся делать.

Мы обратились в регулирующий орган, ФАС, чтобы вернуть равноправные отношения на рынке мобильных устройств. Наше обращение — признание одного неприятного факта. У нас с вами есть все шансы попасть в мир, где только одна компания будет решать, кто получит возможность донести сервисы до людей и чем эти люди смогут пользоваться.

Мы всегда верили в конкуренцию и право выбора пользователя. Настолько, что даже в наших поисковых результатах с первых дней существования Яндекса стоят ссылки на другие популярные поисковики. Если честно, я всегда был уверен, что и Гугл верит в то же. Что это компания инженеров, производящих крутые продукты. Увы, сейчас очевидно, что помимо технической компании, которая когда-то считала своим лозунгом «Do not be evil», теперь есть и совсем другая – компания, контролируемая юристами и бизнесменами.

Android давно уже совсем не выглядит открытой OS. И уж точно не выглядит открытой политика конкуренции Google на этой платформе. Например, сейчас мы столкнулись с тем, что вендоры, чтобы продавать в России телефоны с сервисами Яндекса, должны отказаться от всех сервисов Google не только в России, но и во всех остальных странах. При этом правила получения GMS и Google Play для каждого из них могут измениться в любой момент.

Мы хотим, чтобы в открытой OS условия и лицензии были открыты и прозрачны для всех.

Благодаря своим гениальным программистам и отличным технологиям Google смогла завоевать почти весь мир. Однако в нём еще есть совсем немного мест, где большей популярностью пользуются местные сервисы. Локальные игроки живут рядом со своими пользователями, и, кажется, это им очень сильно помогает создавать продукты так, что они остаются сильнее глобальных. Мне легко говорить о Яндексе, но давайте возьмем другой пример. Сравните полноту справочника 2GIS для России и Google Maps или количество активных российских пользователей ВКонтакте и Facebook. Логично, что производители телефонов и планшетов хотят, чтобы их детища учитывали особенности того рынка, на котором они будут продаваться. Этого хотели, например, Explay, Prestigio и Fly, но в конце прошлого года по настоянию Google им пришлось отказаться от предустановки сервисов Яндекса. Это произошло, когда пришло понимание, что устройства этих производителей стали занимать заметную долю на российском рынке мобильных устройств.

Я читал множество комментариев к этой истории и к удивлению своему обнаружил, что даже взрослые толковые ребята не всегда понимают, чем грозит сложившаяся ситуация. По сути сейчас владелец «открытой операционной системы» заставляет вендоров отказываться от работы с теми, кто конкурирует с Google на любых рынках. И я даже не о том, чем это грозит Яндексу, а о том, в какое положение это ставит и разработчиков, и пользователей.

Google купил Android почти десять лет назад. За это время он прошёл большой путь и не только технически. Примерно в середине этого пути наметился важный тренд — Google стал насыщать Android своими сервисами и приложениями, которые просто обязаны были быть предустановлены на каждом устройстве. Это и поиск, и карты, и средства геолокации. Подумать только: всего три года назад таких обязательных сервисов было лишь девять. Сейчас их почти 20. То, что технологическая компания хочет создавать больше хороших сервисов, само по себе, может, и неплохо. Проблема в том, что ее сервисы предустановлены на телефонах и планшетах во многом благодаря тому, что ничего другого производитель на них поставить не может. Android становится всё более окружённым публичными и не очень соглашениями, всё более и более закрытым. Все это стремительно начинает напоминать мне историю с Windows.

Вернемся на минуту в 1999 год и вспомним совершенно аналогичную ситуацию. Более 95% рынка персональных компьютеров работают под управлением Windows, неотъемлемой частью которого является браузер Internet Explorer 5 (а чуть позднее и если повезет — 5.5 и 6). Что мы знаем об этом браузере? То, что это был худший браузер в истории интернета. Технологические кандалы, в которых нас заставляли верстать вложенными таблицами. Даже сотрудники Microsoft признают, что это было ужасно. Это продлится еще десять лет – до 2009 года, когда Евросоюз заставил Microsoft при первом запуске предлагать европейским пользователям выбор браузеров. И Google, наряду с Opera и Mozilla, активно участвовал в разбирательстве о недобросовестной конкуренции против Microsoft.

Можно спросить — с какой стати? Ведь Microsoft создал Windows. Почему они не могли предустанавливать в системе свой браузер? Дело в том, что многие люди не понимали, что есть какие-то альтернативы. Они покупали устройство и на нём уже был браузер. Так же и сегодня они покупают Android-телефон и пользуются только тем, что в нем уже есть. Многие пользователи уверены, что телефон продается уже готовым к использованию и никогда не заглядывают в Google Play для установки других программ.

Результаты дела «Еврокомиссия против Microsoft» дали огромный толчок развитию новых интернет-технологий. На самом деле сегодняшний успех Google Chrome — во многом заслуга того самого антимонопольного решения. Безусловно, WebKit, Blink и вообще Chromium, весь этот code base — это хорошие технологические продукты, но о них никто не знал, и поэтому развивать их было крайне сложно.

Посмотрите на графики. Доля Google Chrome стала активнее расти с декабря 2009 года, когда люди в Европе смогли выбирать браузер. Тогда же поползли вверх доли Firefox и Opera. Конкуренция стала настоящей и, как это всегда бывает, заставила браузеры становиться лучше и лучше. Выиграли от этого все. Разработчики браузеров получили возможность показать свой продукт пользователям. А они в свою очередь с удивлением обнаружили, что браузеры шагнули далеко вперед. Разработчики сайтов стали жить в новом вебе, с современными, удобными и, главное, развивающимися стандартами. И даже пострадавший Microsoft выиграл — это позволило компании сосредоточиться и выпустить совсем другой IE. Попробуйте, он не так уж плох. Вся современная революция веб-приложений началась в тот момент, когда появился выбор.

Что происходит сейчас? Фактически, если сейчас вы хотите создавать приложения, которыми сможет пользоваться большое количество людей, оно должно быть доступно в App Store и Google Play Market. И если у Apple устройство по-буддистки неотделимо от софта, то использующие Android производители стоят перед выбором — либо Google Play и 20 предустановленных сервисов Google, либо альтернативные решения и альтернативный магазин, но для всех регионов без исключения.

Сейчас тех, кто хочет сосредоточиться на создании поиска, карт или браузеров, принуждают к созданию своих альтернативных платформ. Примерно так же, как чуть больше 7 лет назад противники Opera, Mozilla и Google призывали их делать свои операционные системы со своими браузерами и вообще чем угодно. Но даже если сейчас кто-то сделает новую мобильную платформу, останется очень важная задача — добиться того, чтобы создатели приложений тратили свои ресурсы на версии и для них. Как мы видим, даже такому гиганту, как Microsoft, это не очень хорошо удаётся.

Как-то так сложилось, что все, чья жизнь и работа связаны с технологиями, верят, что это хороший конкурентный мир, где технологические компании борются за пользователей нормальными способами. Мы сами до последнего не верили, что придется призывать к разрешению ситуации регулятора. В первый раз наша вера пошатнулась, когда мы увидели, как работает дистрибуция Google. Если вы пользуетесь Mozilla Firefox, то знаете, что команда разработки этого продукта всегда думала о предпочтениях пользователей. Браузер учитывал, что есть Россия, Япония, Южная Корея, где большинство людей пользуются локальными поисковиками. И вдруг внезапно Mozilla подписывает с Google трехлетний договор на безусловную дистрибуцию его поиска везде. Человеку, который пользовался в России Яндексом, после обновления пришлось искать, как вернуть себе привычный поиск. И не все смогли это сделать.

В моих фантазиях я, конечно, думаю: еще было бы хорошо, чтобы человек в любой момент мог легко изменить поисковую систему по умолчанию. Сейчас теоретически он может сделать это, но настройки закопаны производителем так глубоко, что далеко не каждый с этим справится. Сможете назвать способ сменить поиск по умолчанию, не глядя в устройство? Уверен, что нет. А ведь многие покупатели Android-телефона никогда не заглядывают в настройки и в итоге получают его ровно таким, каким его создал производитель, связанный по рукам и ногам контрактами с Google. И там не будет ничего, кроме Google, и не потому что это выгодно пользователю, а потому что Google выгодно использовать доминирующее положение на одном рынке, чтобы давить на другой. Запрет на это — основа антимонопольного законодательства. Без конкуренции ничьи продукты не будут развиваться. В этом смысле Яндекс и Google просто необходимы друг другу. Вы не представляете, как стало расти качество сервисов Google в Турции, когда мы вышли в эту страну. До тех пор, пока Google не видел конкуренции в турецком поиске, он ничего не делал. Увидев живых конкурентов он в течение нескольких месяцев — а для поисковых систем это практически моментально — улучшил поиск буквально в несколько раз, запустил несколько новых сервисов, до этого недоступных жителям Турции.

Наверное, единственный продукт, за который многие могут не любить Яндекс, это Яндекс.Бар. Но кажется все, кто смеялся над шуткой про девушку, которую легко уговорить, просто не помнят, что еще совсем недавно нельзя было установить Flash, OpenOffice, кучу продуктов Sun и Java, не отжав галочку «Установить Google Toolbar». Это война, которую начали не мы, но увы – мы вынуждены были в нее ввязаться, и иллюзии о честной технологической конкуренции начали потихоньку развеиваться. А сейчас ситуация перешла все разумные границы.

Мы уже сейчас живем в мире, где операционная система есть не только в компьютерах и телефонах, но и часах, автомобилях, самолетах, системах пожаротушения. И если сложится так, что это будет одна и та же ОС, то хочется, чтобы не вся она контролировалась одной-единственной компанией. Я все еще верю, что в Google достаточно технических специалистов, которые понимают неправильность происходящего. Поэтому я уверен, что все еще может закончиться хорошо.